На информационном ресурсе применяются рекомендательные технологии (информационные технологии предоставления информации на основе сбора, систематизации и анализа сведений, относящихся к предпочтениям пользователей сети "Интернет", находящихся на территории Российской Федерации)

Книга приколов

8 308 подписчиков

Амикан-батюшка

Знатный тунгусский промысловик  Агриппин Култыгир с утра выпил чаю, надел
свою теплую  меховую парку, взял ружье,
встал на лыжи и почесал в тайгу.

Еще с лета он заприметил 
баскую берложину  под раскидистой
лиственницей у говорливого ручья Суриннакан. Здесь жил одинокий старый медведь
Амикан-батюшка. Раньше он шарашился себе по тайге, промышляя крупной сохатой и
мелкой рогатой дичью.

Но заболел пародонтозом и растерял по тайге все свои
зубы.

И с тех пор стал озоровать. То лабаз у кого разлабазит,   то подкараулит бабу какую под кустом и того…
ягоды иль грибы отнимет. Кушать-то хоца! А однажды Амикан обидел и самого
Агриппина Култыгира. Тот шел  вечерком
после получки из леспромхозовской лавки, нес домой жене бисер для вышивания,
внучатам пряников, себе минеральной воды и так кое-что из макарон.

Эта старая сволочь Амикан вышел из-за угла, громко
сказал  Агриппину в ухо: «У-у-х!», чем
очень удивил, забрал из его  ослабших рук
пакеты с покупками,  да и был таков.

«Ну, Амикан-батюшка, погоди –  зима придет, я тебя тоже удивлю, однако!» -
поклялся себе тогда Агриппин Култыгир, пересчитал остатки получки и снова пошел
в магазин, на этот раз за водкой. Потому как имел право.

И вот он, громко шурша лыжами и стуча прикладом ружья о
закоптелый чайник, размашисто и уверенно скользил по снежному покрову к
запримеченной еще  с лета берлоге,
злорадно мечтая, как он снимет шкуру с этого старого разбойника. 

 А снега навалило
нонче – страсть! Обе  лайки Агриппина
устали карабкаться за ним  по сугробам,
плюнули да ушли домой. Остался наш промысловик один, закружал, заплутал да и
вдруг резко куда-то провалился.

Очнулся Култыгир от того, что кто-то, радостно сопя,
разделывает его. Волосы дыбом встали у промысловика: все, думает, кирдык ему
пришел. А это Амикан, который и так плохо спал из-за холода в своей худой,
давно не ремонтированной  берлоге,
проснулся, когда заплутавший охотник свалился ему на голову. 

Пощупал удивленный косолапый тепло одетого, но слегка
подмоченного промысловика,  довольно
заурчал  и тут же приступил к делу.
Содрал с незваного гостя парку, стащил с него шапку да бокари.  Ободрал, короче,  как липку, поставил  на порог берлоги да как даст ему пенделя!

Оставшийся в одних теплых подштанниках китайской системы
«Дружба» и самовязаных носках, промысловик Култыгир и опомниться не успел, как,
прочертив в воздухе большую дугу, приземлился далеко от берлоги и задал такого
стрекача, что уже через пять минут сидел у себя в чуме, пил чай и вдохновенно
травил чумочадцам очередную охотничью байку.

А Амикан-батюшка… А что Амикан-батюшка? Он нацепил бокари на
задние лапы (передние, как вы знаете, нужны ему для сосания), завернулся в
парку,  натянул себе на лысеющую бошку
шапку-ушанку, согрелся,  и снова
захрапел.  И снилось Амикану, что у него
заново отросли зубы и на него 
заинтересованно поглядывает моложавая и недавно овдовевшая   медведица Сынгоик из соседней берлоги, на
той стороне говорливого ручья Суриннакан.

«Посватаюсь по весне, однако!» - счастливо думал  Амикан.

«Нет, больше я на охоту не пойду, ну ее! – ворочался без сна
у себя в чуме на старой оленьей шкуре некогда знатный, но теперь  обмишулившийся промысловик Агриппин Култыгир.
– А пойду-ка я лучше на пенсию.  Вот,
однако!»

На том оба и порешили…

Картина дня

наверх